There Is No Year — третий альбом Algiers, с которым не всё так гладко

0

Algiers появились на музыкальном горизонте в 2015-м. К 2020-му группа успела выпустить пару альбомов, откатать тур с Depeche Mode и заслужить звание одного из самых музыкально-эклектичных и политизированных фестивальных коллективов. Третий альбом There Is No Year стал почти первой заметной пластинкой нового года — и, спойлер, многих разочаровал. 

Algiers играют по-настоящему мультижанровую музыку, черты разных стилей в которой не кажутся наносными — они не то что уживаются, а глубоко интегрируются друг в друга, образуя что-то гораздо большее, чем простой синтез. Жанры при этом могут быть полярными — вокалист группы Франклин Джеймс Фишер признаётся, например, в любви к выходцам лейбла Dischord, но Algiers с уверенностью выдают и каноничный спиричуэлс. В новом альбоме к уравнению с десятком жанров добавляется тёмная атмосфера, вдохновлённая литературой (о ней позже), немного иной подход к синтезаторам и лёгкое, но определяющее переосмысление саунда.

Главные характеристики в большинстве отзывов об альбоме — меньший эмоциональный запал и излишняя «причёсанность» There Is No Year. Это справедливо, но важно, пожалуй, для тех, кто любил старый материал Algiers. Это по-прежнему сложная, мощная и энергичная музыка, пресыщенная бунтарскими настроениями. Так, в одной из самых сильных песен альбома Chaka звуки умиротворённых синтезаторов в духе Jamie XX и самый что ни на есть поп-припев могут прерваться саксофонным авант-джазом. Ещё одно внезапное стилевое присутствие ждёт в конце — бойкий панк-боевик Void идёт сразу за размеренной Nothing Bloomed. Эклектичная манера повествования без затянутых пассажей держит в тонусе, несмотря на эпизодические провисы. 

Жажда бунта проявляет себя и в текстах. Ремарка об упомянутой политизированности: Algiers придерживаются социал-демократических взглядов, затрагивают темы расизма и ксенофобии, а также борятся с идеалами капитализма посредством музыки. На третьем альбоме к обозначенной повестке добавляются новые черты, заданные двумя литературными произведениями.

Первое — роман There Is No Year атлантского писателя и друга группы Блейка Батлера. Произведение рассказывает о семье, переехавшей в дом с паранормальными явлениями. Оттуда Algiers взяли тон и название альбома. Второе — поэма вокалиста Algiers Франклина Джеймса Фишера Misophonia, написанная в период, когда тот, по его словам, испытывал «ненависть к звуку». Полный текст поэмы можно прочитать на сайте группы. 

Лирика There Is No Year обращена не только вовне, но и внутрь. Фишер поднимает темы подавления, отчуждённости и вымирания в человеке всего человеческого. Впрочем, без громогласных манифестаций тоже не обошлось. В брошенной напоследок духоподъёмной строчке It is coming around (it’s opportunity) можно услышать призыв — и тут мы подходим к главной проблеме альбома. Безадресный протест неэффективен, а в революционных строчках считывается больше эмоций, чем смысла. С другой стороны, слушатель и не требует ничего подобного от большинства групп, особенно поющих не на родном языке, а претензии уместны только из-за изначальной социальной ориентированности коллектива. Algiers — всё ещё одна из интереснейших групп последних лет, что могут доказать многие посетители «Боли-2019».

Убедиться ещё раз можно будет совсем скоро: коллектив даст концерты 29 и 30 апреля в Санкт-Петербурге и Москве соответственно.

Algiers — There Is No Year

Оценка: 8/10.

Ключевые треки: Chaka, Dispossession, Hour Of The Furnaces.